Поля, отмеченные звездочкой (*), обязательны к заполнению
Notice: Undefined property: Review::$form in /home/www/memory/modules/review/tpl/review.tpl on line 301

Зенько Валентина Михайловна

«Я помогала пленным солдатам пробраться к партизанам»

Валентина Зенько в 15-летнем возрасте была связной партизанского отряда Громова (бригада «Буревестник»). В настоящее время живет в Минске.

… Помню, как немцы вели наших военнопленных. Как скот гнали. Колонна за колонной. Там у завода Мясникова (сейчас - Минский вагоноремонтный завод - ред.) был взгорок такой, а перед ним – яма. И тех, кто уже не мог идти, расстреливали, и сталкивали в эту яму…

Нас было пятеро, три девчонки и два парня с нашего двора, мы бегали к пленным, чтобы принести что-нибудь покушать: картошки там, хлеба, что было у нас. Я была такая малая драчунья, отчаянная, ничего не боялась. И все наперед заскакивала, прямо к военнопленным. И однажды немец меня как подфутболил ногой. Сапогом. А у них сапоги крепкие такие, халявы (голенища – ред.) широкие, и рассек мне кожу на пол лица. И я настолько обозлилась. Ну, думаю, узнаете вы еще меня!..

…Пленных держали в концлагере под Минском, а сюда, на завод, привозили на работы, большими группами. На заводе уже была подпольная группа. И мама знала их всех… На товарной станции, со стороны улицы Железнодорожной ворота открывали. Там эти поезда делали маневры. А справа были кусты. Я в кустах тех сидела и ждала.

Как отвлечется конвой, пленные солдаты, - когда по двое, когда по трое,- прыгали с платформы и в кусты. И я отводила их к партизанам. Просила у соседей одежду, переодевала, потому что так нельзя было идти. Соседи и кашу давали, сухари, чтобы покормить их. Я с ними в лесу ночевала или где-нибудь за деревней, чтобы безопасно было. Они уже знали, друг другу передавали, что есть девочка Валя, что она доведет. Они верили мне… А потом фрицы заметили, что много пленных пропадает, и поставили охрану. И я уже больше не водила пленных.

… Когда ходила на задание в город, брала скакалку и прыгала. А сама все подмечала. А потом как-то подумала: а как меня за эту скакалку возьмут и подвесят! Так страшно стало. И я уже больше скакалку не брала.

Чаще всего в Минск ходила. Сахарин покупала, медикаменты – стрептоцид, бинты, йод - все, что можно было достать. Возьмешь кусочек мяса килограмма на три за плечи, продашь и купишь что надо. Еще партизаны просили махорку. Соль была в большом дефиците.

Однажды на посту немцу нагрубила. Они что любили? Дай ему пару яичек, курочки поесть. Я протягиваю ему яйца, а он говорит: «Кляйне»! Маленькие. Я: «Чтоб тебя разорвало, курочка такие снесла!» А немец снимает с плеча винтовку и уже хотел стрелять, но тут немецкая машина подъехала, и он на нее отвлекся. Они на посту и немцев тоже проверяли. Я испугалась: «Простите, пан, это шутка!» Он меня матом в ответ. Но уже стрелять, видно, расхотел. Вот ведь как, оказывается, понимал по-русски!